Как сложилась песня
Фронтовик А.А.Сурков вспоминает, что под впечатлением пережитого под Истрой, 27 ноября 1941 года, он написал жене Софье Антоновне Кревс письмо, в котором были такие строки:
Бьется в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза,
И поет мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой.
Я хочу, чтобы слышала ты,
Как тоскует мой голос живой.
Ты сейчас далеко – далеко.
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти - четыре шага.
Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови.
Мне в холодной землянке тепло
От моей негасимой любви.
Алексей Александрович говорил, что стихи «Бьется в тесной печурке огонь..» так бы и остались частью письма, если бы в феврале 1942 года не приехал в Москву из эвакуации, не пришел в редакцию композитор Константин Листов и не стал просить «что–нибудь, из чего можно написать песню». Получив слова стихов, композитор через неделю вновь появился в редакции и попросив гитару спел свою новую песню, назвав ее «В землянке».
Мелодия запомнилась с первого же исполнения. И «пошла» по всем фронтам – от Севастополя до Ленинграда и Полярного.
В Кашино под Истрой 9 Мая 1999 года был поставлен памятный знак песне "В землянке".
